В казнохранилище

 — Пойдем в казну, здесь поговорить не дадут! — сказал, поднимаясь со скамьи, Иван Калита своему сыну Семену.

Они медленно пошли переходами вниз, во мрак и погребной холод. Здесь, в хранилище государевой казны, было тихо. Сюда не осмеливался заходить никто, кроме казначея и самого великого князя. Калита любил уединяться в своем казнохранилище и думать, перебирая сокровища. Они были не такими уж обильными, как казалось некоторым боярам. Очень многое уходило в Орду, к хану Узбеку. Власть стоила денег, и Иван за нее платил.
Отец останавливался то у одной, то у другой полки, объясняя, что и откуда ему досталось. Отпирал сундуки, показывая семену связки соболей и куниц, тусклые груды гривен, кожаные мешки с немецкими и восточными монетами. Уже в конце палаты, за особой дверью, Калита достал из скрытой ниши нечто, издали показавшееся Семену каким-то невзрачным. То был золотой княжеский венец — наследственный символ княжеской власти.
 — Вот, сын, все это оставляю тебе, — сказал Калита. — А еще главные города: Москву, Можайск и Коломну. Раздели мое наследство между братьями, как я напишу в своем завещании. И поклянись, что не отступишь от дела своего отца!
 — Клянусь! — отозвался Семен.
 — Погоди, ты еще не все знаешь о моих делах. Знаешь ли ты, что дочерей любимых я отдавал замуж, чтобы получить новые земли под свое управление?
 — Знаю, батюшка.
 — Отдал многие сокровища, чтобы в Орде казнили князя Александра Тверского?
 — Не знал, отец, но верю, что иначе ты не мог поступить.
 — Это ты хорошо сказал. Знай, что не одну покаянную молитву выстоял твой отец, моля Господа простить его… Я не знаю, что нас ждет, — тихо продолжал Калита. — Какие ссоры, какие казни. Помни: не за богатства мы боремся, а за власть. За то, чтобы власть эта когда-нибудь обернулась благом для всей Русской земли. Запомни, затверди, как «Отче наш», три основы всякой власти на земле.
gtse5ys45y
 — Первое — единство твоего народа в любви и дружбе. Второе — уважение к родной старине, обычаям и заветам прадедов. И третье — всем не угодишь, но, если начнешь угождать немногим за счет многих, не устоишь! Всегда нужно искать опору в большинстве, в людях дела, которые кормят твою землю, а не борются за власть, думая только о своем благе.
rewt435y45a3t4
Семен смотрел на Калиту, широко раскрыв глаза. Отец казался ему сейчас очень старым и очень мудрым. Даже и следа лукавства не осталось на его лице, как будто светящемся духовной силой и любовью к Русской земле.
 — Прочно то, что принято большинством. Если хочешь что-то в государстве изменить, — продолжал Иван Калита, — приучай людей к новому, воспитывай их и никогда не спеши. Люди хотят сразу же видеть плоды своих трудов. Но это не всегда возможно. Ты, Семен, укрощай себя в своих сиюминутных желаниях. Надеюсь на твою мудрость, сын!
Они еще молча постояли. Слова уже были не нужны. Семен пожал озябшими плечами: его начинал пробирать погребной холод. Иван, сгорбясь, запер последний замок, развернулся и пошел наверх, на ходу задувая свечи. Вся палата постепенно погрузилась во мрак и тишину. Две темные фигуры,осторожно поднимаясь по высоким ступеням, выходили из тьмы казнохранилища наверх, навстречу свету, делам и мирской суете.