Самозванный царь

ehgs3egerg

В доме польского вельможи пана Вишневецкого умирал слуга. Тело трясла лихорадка.В бреду больной видел, как он, в монашеской одежде, встречает на дороге припозднившегося путника. Вонзает ему в спину нож. Шашкой, невесть откуда взявшейся, срезает с пояса жертвы кожаный мешочек. Из него сыплются золотые монеты. Вдруг появляется Распятие. Лик Христа так грозен, что он понимает — нет ему прощения…

Пан Вишневецкий был расстроен. Он очень привязался к слуге, хотя тот и появился в его доме всего несколько месяцев назад. Юноша почтительностью, скромностью покорил вельможу. Он не участвовал ни в каких забавах, зато на турнирах удивлял ясновельможного пана и его гостей. Как прямо и горделиво держался он в седле! Виртуозно владел шпагой и неизменно побеждал.
fysr5yt54ye5syt
Заболевшим слугой был беглый монах Чудова монастыря Гришка Отрепьев. В жару метался на жесткой постели. Приходя в сознание, он изо всех сил старался противостоять бреду. Но сил не хватало.
«Неужели я умру? — думал он. — Неужели это все, что отмерено мне судьбой? Монастырь, разбойничья шайка да прислуживание пану. А мечты? Я не могу умереть!»
Однажды почувствовал, что жара больше нет. Голова прояснилась, но мучила слабость. На третий день больной слабым голосом попросил:
 — Духовника бы мне. Исповедаться хочу перед смертью.
Пришел священник, сел у постели слуги.
 — Умираю, отче, — едва слышно произнес Григорий. — Предай тело мое земле с честью. Как хоронят детей царских. Не объявлю тайны своей до смерти, когда же закрою глаза навеки, — тут Отрепьев и впрямь закрыл глаза, — тогда найди у меня под ложем письмо, и все узнаешь. Но другим не сказывай…
Больной закрыл глаза, словно погрузился в беспамятство.
Потрясенный услышанным, духовник глядел на лицо царевича. Оно и вправду казалось ему необыкновенным.
«И говорит как! Слова все какие… царские», — пронеслось в его голове. Он встал и быстро засеменил к выходу.
Григорий был доволен собой и чувствовал себя намного лучше.
Скоро через смеженные ресницы увидел, как сам хозяин подошел к его ложу. Наклонившись, сунул пан Вишневецкий руку под тюфяк и вынул пакет. Потом на цыпочках вышел из комнаты.
Как только дверь за хозяином затворилась, Отрепьев открыл глаза и улыбнулся. Пан Вишневецкий был веселым, добрым, но глуповатым человеком. И Григорий на это рассчитывал.
rtys54ye45yt34
Прошло не более получаса. Хозяин вернулся. Хитрец медленно открыл глаза.
 — Скажи, кто ты? — с дрожью от сжигавшего его любопытства спросил Вишневецкий. — Правда ли то, что ты московский царевич Дмитрий?
 — Чистая правда, — прошептал юноша. Слабым движением он расстегнул ворот сорочки. На ладони его показалась золотая цепь, с которой свисал крупный золотой крест, усыпанный драгоценными камнями.
Потеряв дар речи, Вишневецкий зачарованно глядел на крест.
 — Вот доказательство, — убедительно проговорил Григорий. — Этот крест подарил мне князь Милославский, которому я был крестником.
Растроганный до слез вельможа воскликнул:
 — Тебя сейчас же перенесут в мои покои! Лучшие врачи будут лечить тебя! Ты поправишься! Я помогу отвоевать царство, которое у тебя отняли!